Образование
      Московский университет, юридический факультет 
      Ради послушания родителям он поступил на юридический факультет, но параллельно
      прослушал полный цикл лекций по медицине, которой хотел посвятить свою жизнь
      Московский университет, факультет медицины 
      Из послушания воле родителей он отказался от счастья с любимой девушкой:
      девушка, которую он полюбил, отвечала ему взаимностью, но так как она
      не принадлежала к высшему обществу, то мать решительно воспротивилась их браку.
      Сергей Евгеньевич отказался от женитьбы навсегда, а его невеста поехала на войну
      в качестве сестры милосердия
    Места проживания
      Санкт-Петербург 
      Год окончания 1912 
      День окончания 10 
      Месяц окончания 8 
      По окончании университета он переехал в Петербург, где в то время жили
      его родители. Поскольку у них не нашлось свободного угла, он снял меблированную
      комнату.
      Местом его службы стал Четвертый департамент, ведающий торговыми делами.
      Сергей Евгеньевич был превосходным музыкантом (великолепно играл и на
      рояле, и на фисгармонии), очень понимал и любил музыку. Он был членом
      музыкально-драматического кружка: разучивал отдельные сцены, целые оперы —
      то в качестве аккомпаниатора, то суфлера.
      С тонким пониманием, со всеми подробностями рассказывал он о каждом певце,
      музыканте и артисте, которых ему приходилось видеть или слышать на своем веку.
      Он знал прекрасно М.П.Мусоргского, Антона Рубинштейна, А.К.Глазунова,
      знаменитые симфонии которого он переложил для фонолы.
      Это был глубокий музыкальный критик. Он вспоминал:
            "Наиболее люб мне был Чайковский, перед которым я вообще преклоняюсь
             как перед гениальным музыкантом и как перед чудным, простым, добрым,
             симпатичнейшим, обходительным, обворожительным человеком.
             Мне посчастливилось довольно близко знать его".
      Духовным отцом Сергея Евгеньевича в Санкт-Петербурге был настоятель
      Преображенского собора отец Сергий Голубев.
      Когда умер один из близких друзей Сергея Евгеньевича — Ф.Ф.Фишер,
      жена его, Наталия Герасимовна, бывшая в дружеских с ним отношениях, по его
      предложению, переехала к нему на квартиру и стала вести его хозяйство.
      Сергей Евгеньевич вспоминал о том, как они проводили время:
            "В свободные вечера, когда мы были одни, я до известного часа читал
             вслух, а она работала. Или оба мы работали: она кроила из бумазеи
             рубашки и платьица для бедных детей, а я их шил на машине.
             Это был мой елочный подарок детям из приюта при Преображенском соборе.
             Таких подарков за год набиралось до двухсот!..".
      Обладая исключительной трудоспособностью и огромным желанием всегда приносить
      пользу окружающим его людям, Сергей Евгеньевич много поработал для дела
      народного образования. Он писал позже:
            "В селе Огибалове Михайловского уезда Рязанской губернии, при котором
             находилось имение моей матери, была церковно-приходская школа.
             Меня попросили быть попечителем этой школы, и я это охотно согласился
             в надежде не числиться только на бумаге, но и оказаться на деле
             полезным на этом поприще...".
      Сергей Евгеньевич нашел в эту школу очень хорошего учителя и сам платил ему
      вполне удовлетворительное жалование.
      С самого начала он занялся созданием школьной библиотеки, и через год она
      насчитывала 1000 книг.
      Для школьников он приобрел "волшебный фонарь" — предшественник фильмоскопа, —
      и сам изобрел для него картины особого свойства. Они печатались на папиросной
      бумаге, пропитанной специальным составом.
      Зимой 1899г. Сергей Евгеньевич перешел на службу в Министерство юстиции и
      стал начальником гражданского отделения 1-го Департамента.
      Всякое — и большое и малое дело — он исполнял наилучшим образом, именно так,
      как советует апостол Павел: не как для людей, а как для Господа, ничуть
      не думая о себе, о своем покое и отдыхе, не отказываясь ни от какого поручения,
      как бы трудно оно не было.
      Последние годы в миру он уже занимал пост вице-директора 1-го Департамента и
      был членом Совета при министре юстиции, действительным статским советником
      В первый раз о Зосимовой пустыни Сергей Евгеньевич услыхал в 1906г.
      в имении Губино, где гостил вместе с матерью. Как раз в то время скончалась
      его любимая тетя Лиза. Когда было получено известие о ее смерти,
      там присутствовал Илья Николаевич Четверухин — родственник, друг и будущий
      настоятель Николо-Толмачевского храма. Он рассказал, что Каравайково, которое
      прежде принадлежало тете Елизавете Николаевне, потом перешло во владение
      Зосимовой пустыни.
      Тогда же, в 1906г., у Сергея Евгеньевича возникла мысль об уходе из грешного
      и суетного мира. Осуществить же это ему удалось лишь в 1912г.
      За эти годы его желание постепенно укрепилось. Тому способствовало и горячее
      одобрение такого намерения духовником о.Сергием Голубевым, и пример Ильи
      Николаевича Четверухина, который оставил университет, окончил за эти годы
      Духовную Академию и уже начал служить в одной из московских церквей.
      8 мая 1912г. Сергей Евгеньевич вместе с о.Илией Четверухиным съездили в Кремль,
      чтобы поклониться московским святыням.
      Вечером Сергей Евгеньевич стоял всенощную, утром — литургию, и после нее
      9 мая 1912г. священник повез своего гостя смотреть Зосимову пустынь.
      По дороге они заехали в Лавру.
      Игумен Зосимовой пустыни о.Герман сразу задал ему вопрос о том, как он
      обеспечит монастырь.
      О.Герман видел, что просится в число братии человек уже немолодой да притом,
      конечно, не привыкший к физическому труду, а насельники Зосимовой пустыни
      много работали и на сельских работах, и на кирпичном заводе.
      Для того чтобы лучше познакомиться с обителью и присмотреться к жизни братии,
      отец игумен посоветовал Сергею Евгеньевичу взять отпуск и пожить в монастыре.
      Это предложение очень понравилось ему, и он действительно взял в июне месячный
      отпуск и отправился в Зосимову пустынь, попав как раз ко времени сенокоса.
      Ему дали подрясник, пояс и послали вместе с остальной братией ворошить сено.
      Через месяц Сергей Евгеньевич вернулся сильно загоревший, с лицом и шеей,
      искусанными слепнями, но крайне довольный и счастливый:
             "Я нашел то, что искал. Как только устрою свои дела, тотчас же уеду
              в дорогую для меня пустынь".
      В первых числах августа 1912г. он получил полную отставку с хорошей пенсией и
      стал свободным человеком.
      Имуществом он распорядился так: свой капитал, унаследованный от матери
      (53 тысячи руб.), и обстановку квартиры из 8 комнат он передал сестре.
      15 тысяч деньгами, имение Огибалово Рязанской губ., стоимостью 15 тысяч руб.,
      отдал Зосимовой пустыни за то, что она брала его на свое попечение.
      Свою роскошную фисгармонию немецкой фирмы "Шидмайер" и ноты он прислал
      в подарок семье о.И.Н.Четверухина.
      Трем своим слугам Сергей Евгеньевич подарил по 3 тысячи рублей, а швейцару —
      тысячу.
      Себе он оставил лишь необходимое белье, платье, духовные книги, два стула,
      стол и умывальник.
      Все это за неделю до своего отъезда Сергей Евгеньевич отправил в пустынь
      по железной дороге, а когда пришло время и ему самому ехать, 10 августа 1912г.
      он взял лишь небольшой чемодан и совершенно спокойно вышел из дому как бы
      ненадолго

(c) ПСТГУ. Факультет ИПМ