Новомученики, исповедники, за Христа пострадавшие в годы гонений на Русскую Православную Церковь в XX в.
(с) ПСТГУ, ПСТБИ (с) Братство во Имя Всемилостивого Спаса
Home page
[back][up level][next][last]
NIKA_ROOT INDEX ОписаниеДокумента Архив КНБ по Южно-Казахстанской обл. Д.2041. Дела o10.97 => o10.97 ПЕРИОДЫ ЖИЗНИ
1
    Места проживания
      Семиреченская о., Верненский у., Мохнатая сопка 
      По воспоминаниям А.С.Нагибиной [2]:
         
      "Построил себе келью на самой вершине Мохнатой сопки, но проведя там одну зиму,
          по причине глубокого снега на вершине горы, не имея возможности общения с другими
          подвижниками, спустился ниже на гору Горельник"
      Семиреченская о., Верненский у., гора Горельник 
      По воспоминаниям А.С.Нагибиной [2]:
         "Там тоже поставил себе келью — маленькую рубленую избушку, в ней печка
          глиняная, кровать — три горбылины, устланные соломой, — да стол. Так и жил.
            "Семиречье, — говорил он, — лучше всех мест. И народ очень хороший в Семиречье,
             добрые и верующие люди".

      В 1923г. из Аксайского ущелья пришел на эту же гору иеромонах Пахомий (Русин).
      Скит на Мохнатой сопке, где жили монахини, находился неподалеку.
      Из воспоминаний А.Нагибиной [2]:
          "Виктор ходил к нам часто, и мы к нему часто ходили... И в город он приходил
           на каждый праздник и в каждый пост говеть и причащаться. Этот Виктор — на весь
           город был! Это чудной жизни старичок. Как увидят его: "Виктор идет к нам!" — и
           каждый старается дать ему кто сахара, кто сухарей, кто чая. Больше он не брал
           ничего и денег не принимал, не любил деньги... Спрячет все подаяние за пазуху
           своего зеленого брезентового плаща, кушаком подвяжется и уходит в горы.
           Круглый год ходил он в брезентовом плаще, зимой и летом...
           Он был маленького роста, сухощав, быстр, но не резок в движениях, с негустой
           темно-русой бородкой и темными, прямыми и длинными волосами, лежащими на
           прямой пробор. Говорил он быстро, чуть надтреснутым голосом...
           На Горельнике жил огромный медведь. Иногда он спускался с горы и садился
           неподалеку от Викторовой кельи. Но Виктора он никогда не трогал и, когда
           подвижник говорил ему: "Иди, мишка!" — медведь вставал и уходил".
      Из воспоминаний монахини Магдалины (Халиной Ф.С.) [2]:
          "Мы много странствовали в то время по горам: о.Пахомий, Виктор, я и Саня
           Нагибина. От самого Каскелена до Тургеня пешком по горам ходили...
           А бывало, сидит Виктор в своей келье, потом встрепенется, побежит к
           о.Пахомию: "Бери скорее чайник, бежим туда, далеко по щеле в горы, там
           есть святое место, там чайку попьем. Там святое место! Там — Ангелы!...".
           С о.Пахомием они много странствовали. Куда бы ни шел Виктор, все с Пахомием...
           Отец Пахомий молился много. Виктор тоже был сильный молитвенник. Но как и
           когда он молился, я не знаю. Иногда он по неделе жил на Медео в скиту,
           в Саниной келье, а Саня ко мне переходила... ".

      Из воспоминаний А.Нагибиной [2]:
          "О сокровенной жизни его внутреннего человека мы знали мало. Но не могли
           не чувствовать, что за внешним его чудачеством и юродством кроется
           самоотверженный подвиг, за неназойливым ворчанием — любовь к нам, как к детям
           немощным и неискусным, за видимой общительностью — великая тишина и тайна
           созерцания невидимого мира...
           Это было в конце 1920-х годов, летом. Мы с инокиней Мариамной ходили по горам.
           Пришли на Горельник в келью к Виктору. Неподалеку под горой была яма, в которой
           он молился. Был поздний вечер... Не помню зачем, я вышла из кельи и пошла
           в сторону ямы. И вдруг вижу — Виктор стоит на коленях в воздухе, примерно
           в метре от земли и еще в 1,5 м от дна ямы и молится с воздетыми к небу
           руками. Я была потрясена, мне стало страшно не потому, что он стоял на воздухе —
           я читала жития святых и знала о такой молитве — а потому, что своим приходом
           мы мешаем ему молиться, нарушаем его тишину. И тихо-тихо, чтобы веточка не
           хрустнула, я попятилась назад, а, зайдя за гору, побежала что есть сил к
           Мариамне, рассказала о том, что видела, и мы ушли, оставив его... ".

      В конце 1920-х и начале 1930-х гг. церковная жизнь в Алма-Ате терпела особые
      потрясения. В городе происходили поголовные аресты духовенства, монашествующих
      и просто православного люда. В горах — облавы на пустынников... В горах монахи
      жить уже не могли. Те, кто не был арестован, спустились в город.
      О.Пахомий тоже покинул свою келью.
      Лишь Виктор оставался на Горельнике, но жил тихо, втайне от чужих.
      Он по-прежнему приходил к сестрам-монахиням в Никольскую церковь и в его поведении
      не было особых перемен... После ареста о.Александра Скальского и о.Стефана Пономарева
      10 декабря 1931г. Виктор перестал бывать в Никольском храме. А.Нагибина с инокиней
      Мариамной заходили к нему на гору Горельник
      Семиреченская о., Верненский у., Аксайское ущелье 
      Год окончания 1935 
      С начала 1930-х годов вплоть до своего ареста жил в Аксайском ущелье. Имел
      непрестанную умно-сердечную Иисусову молитву, в молитве поднимался от земли. В
      народе пользовался авторитетом как прозорливый старец
      Из воспоминаний Н.Г.Казулиной [2]:
      "В 1932г. мать Рафаила возила меня в Алма-Ату. Мы приехали к матушкам
         Евфалии, Марьяше, Феодоре, с которыми жила племянница матушек Феодоры
         и Александры Настенька Нагибина.
         Никольский собор был тогда еще открыт, там служил епископ Герман.
         А в подвале собора жили матушки. Они пекли просфоры для собора и собирали
         сухарики — передачи для подвижников алма-атинских: отца Виктора, отца
         Тавриона. Отец Таврион, когда мой папа приехал в Алма-Ату, говорил ему, что
         он много лет, не посещая город, жил в горах и ел дикую картошку и траву.
         Тогда же я слышала об иеромонахах Серафиме и Феогносте, которые уже были
         расстреляны, за них там молились и считали их великими подвижниками
         Мы с матушками Рафаилой и Феодорой, по поручению о.Пахомия, пешком,
         с котомками, поднимались в горы на Медео, где по правой стороне ущелья
         находилась его пещера. В пещере у него была мука в жестяных баночках.
         Так мы шли с горы на гору, между елок, и вот добрались до одной елки. Корни
         ее лежали на земле, матушки их раздвинули, нашли там дверку и вошли в пещеру.
         В пещере пахло цвелью, в уголке был сделан из глины святой уголок и стояла
         картонная иконочка. Мы помолились, взяли там муку в жестяных баночках и
         пошли к отцу Виктору (Матвееву) — он жил на другой горе.
         Мы принесли ему сухарей. У отца Виктора был деревянный домик, сруб два метра
         на два. И что я запомнила: внутри домик был красный от клопов.
         Отец Виктор (вот старец был! на нем засаленная фетровая шляпа, одет в
         подрясничек, сверху плащ), завел нас в свою келью и сказал: "Ночуйте здесь и
         ни одного клопа не давите! Это тоже творение Божие!". В келье стоял керосин.
         Матушки натерли меня керосином (клопы керосина боятся), и я ночью все-таки
         спала, а они не спали. Отец Виктор ушел ночевать куда-то под елку. А утром
         пришел. Я слышу, он с кем-то разговаривает и думаю: "С кем он разговаривает?"
         А он приручил ворона, говорит ему: "Сейчас, сейчас тебе дам". А ворон ему
         отвечает с дерева: "Кар! Кар!". Я не знаю, был ли он монахом, но мы его
         называли "старец Виктор". Мы у него переночевали, он нас напоил чаем,
         поухаживал за нами, и мы отправились в город... "
    Аресты
      Семиреченская о., Верненский у., Аксайское ущелье 
      Год ареста 1935 
      День ареста 2 
      Месяц ареста 9 
      Странника Виктора арестовали ночью, в горах. В одно время с ним в городе арестовали
      Александру Нагибину. Немного позже арестовали в городе отца Пахомия Русина
      и других монахов и монахинь
    Осуждения
      Особое Совещание при НКВД СССР 
      28/01/1936 
      Обвинение "руководитель алма-атинской части к/р группы церковников" 
      Статья ст.58–10,58–11 УК РСФСР 
      Приговор 5 лет ссылки в Казахстан 
      Групповое дело "Дело иеромонахов Макария (Ермоленко), Пахомия (Русина) и др. Казахстан, 1936г." 
      Из обвинения:
        "Задачи к/р группы монахов сводились к следующему:
           1). Переход на нелегальную ее деятельность.
           2). Проведение к/р религиозной работы среди верующих с целью срыва
               мероприятий Советской власти в области колхозного строительства и
               агитации против сов. власти...
        Руководителем алма-атинской части группы церковников был Матвеев Виктор Матвеевич.
         эта часть группы, обосновавшаяся в горах Аксая, развернула свою религиозную
         деятельность среди верующих Никольской церкви г.Алма-Аты.
         Пользуясь репутацией "прозорливого старца", Виктор привлекал к себе массу
         паломников-верующих, которые, несмотря на дальность расстояния (30км),
         систематически посещали тайные кельи монахов в мест.Аксай, приносили им
         продукты и участвовали в тайных богослужениях.
         Связь между "талгарской" и "аксайской" группами контрреволюционеров
         осуществлялась путем встречи руководителей Макария, Пахомия, Виктора, Антония
         в Алма-Ате на квартирах у монашек или в Никольской церкви. Пребывание
         участников группы в Алма-Ате тщательно конспирировалось...
         Кроме тайной деятельности, монахи вели систематическую а/с агитацию среди
         посещавших их верующих, распространяли провокационные слухи о войне, о
         скорой кончине мира, агитировали против колхозов...
         В июле 1935г. в горах Аксая в келье монаха Виктора обсуждался вопрос о
         неизбежности войны и скором падении Советской власти... "
    Места заключения
      Казахстан, г.Алма-Ата, тюрьма 
      Год начала 1935 
      Год окончания 1936 
      Казахстан, г.Караганда 
      Год окончания 1936 
      Из Алма-Атинской тюрьмы старец Виктор был направлен в Караганду, оттуда
      в 1936г. переведен в Кзыл-Орду
      Казахстан, г.Кзыл-Орда, ИТЛ 
      Год начала 1936 
      Казахстан, Южно-Казахстанская о., Чаяновский р., пос.Орловка 
      Год окончания 1937 
      Находился в ссылке в пос.Орловка Южно-Казахстанской обл.

(c) ПСТГУ. Факультет ИПМ