Новомученики и Исповедники Русской Православной Церкви XX века
(с) ПСТГУ, ПСТБИ (с) Братство во Имя Всемилостивого Спаса
Home page
[back][up level][next][last]
NIKA_ROOT INDEX ГодРукоположения 1951
Дела o05.161
    Кулаков Николай 
    Год рождения 1926 
    Месяц рождения 10 
    Место рождения Вологодская губ. (Вологодская о., Харовский р.), пос.Пустораменье 
    протоиерей 
    Родился в семье священника с.Пустораменье.
    Происходил по материнской и отцовской линии из старинного священнического рода
    Родство ПЕРИОДЫ ЖИЗНИ[до 1945г.] [1945-1951гг.] [с 1951г.] [до возвращения в Вологодскую епархию] [до 2003г.]
      Места проживания
        Вологодская о., Харовский р., пос.Пустораменье 
        Из рассказа о.Николая о том времени [1]:
            "...По материнской и отцовской родне все были священниками, я уж и не знаю,
            сколько поколений вглубь. Может, и всегда были священниками. Дедушку по отцу
            я не помню, он умер рано, а маминого отца еще застал. Звали его священник
            Антоний Товиев. Его закололи где-то под Череповцом, безо всякого суда и
            следствия. Тридцать ран нанесли. Был он духовником Вологодской Семинарии,
            образованным человеком — писал в разные духовные журналы.
            Отцу моему больше повезло — несколько раз пытались в тюрьму упрятать, да не
            получилось. Тогда решили за меня взяться, чтобы я по стопам отца не пошел.
            Сразу после школы местная власть устроила меня работать инструктором
            в ОСОВИАХИМ. Как сейчас, помню свой первый рабочий день...
            Председатель ОСОВИАХИМа показывает на огромные... шкафы с бумагами и
            говорит:
               "В них ни одного слова правды нет. А я по этим отчетам грамоту получил..."
            Потом ведет меня в угол кабинета и говорит:
               "Видишь, сундук стоит? Там лежит винтовка и 20 патронов. Вот тебе ключ,
                сосчитай патроны".
            Я открыл, сосчитал. — "Теперь ключ будет у тебя, храни его". — Я положил
            ключ в карман и больше не вынимал его... Но тут поступило письмо:
            Вологда меня не утверждает в должности, мол, сын попа всех перестреляет.
            И перевели в Харовский исполком на другую должность — инструктором
            колхозного учета, то есть ревизором — "там винтовок нет, никого не убьет".
            В исполкоме недолго я проработал. Кончилась война, и в конце 1945г. епархия
            определила моего отца в Грязовец открывать Крестовоздвиженскую церковь... "
      Служение
        Вологодская о., г.Грязовец, Крестовоздвиженская церковь 
        Должность алтарник 
        Год начала 1945 
        От Крестовоздвиженской церкви остались только стены. Отец Николая Кулакова
        отремонтировал храм и служил там каждый день в течение 10 лет, пока не умер.
        Первые 5 лет Николай помогал отцу, пономарил, усвоил все богослужебные уставы.
        Из его рассказа о том времени [1]:
            "Диакон у нас был знаток. Старые-то священники и диаконы, ох, строгие
             уставщики были, не то, что сейчас. В жизни моей те пять лет — самые лучшие.
             Эх... Закончится служба, я беру одеяло, Библию, иду на Кабаниху — это горушка
             там у нас, за церковью. Хорошее было место, удобное мне. Лежу, читаю.
             Потом стали мужики... на гору являться, пьяные крики слышались — и я уходил
             дальше в лес. Осенью картошки еще с собой возьму, испеку... Эх, как вспомнишь!
             Библию почитать да картошечки печеной покушать...
             А потом я уехал в Архангельск, пора было и за ум браться.
             Почему в Архангельск? Вологодский уполномоченный меня знал, и он бы удавился,
             но не допустил, чтобы сын попа тоже по поповской линии пошел. Почему-то
             боялись власти такого поворота. Это ж династия получалась... А в Архангельске
             обо мне меньше знали... "
      Места проживания
        Архангельск 
        Год начала 1950 
        Год окончания 1951 
      Рукоположение
        иерей 
        1951 
        Месяц 11 
        Место Архангельск 
        Кто рукоположил архиепископ Архангельский и Холмогорский Леонтий 
      Служение
        Архангельская о., пос.Соломбала 
        иерей 
        Год начала 1951 
        О.Николай имел семью, в семье были дети. Жена — Анна
        Архангельская о., село в районе пос.Исакогорка (в окрестности г.Архангельска) 
        иерей 
        В селе храм открыть не разрешали. Церковь была устроена прямо в доме, где жил
        о.Николай
        Калининская (Тверская) о., с.Сутоки 
        священник 
        Из рассказа о.Николая [1]:
           "И так уж меня пугали смертоубийством, что прямо жуть. Мол, уезжай отсюда,
            поп, а то костей не соберешь. До храма на службу мне далеко идти, а кругом
            леса, болота — отдубасят, схоронят, и никакая милиция не найдет. Поэтому я
            хитрил: в храм иду одной дорогой, а из храма уже другой. И вот, то ли
            Преображенье было, то ли Успенье. После Всенощной устал, сразу лег спать.
            Вдруг среди ночи кто-то в дверь ногой пинает. Вскакиваю, открываю — стоит
            участковый. "А мне сказали, что тебя убили, — говорит. — Пришел проверить".
            Я ему: "А чего же ночью-то? Мог бы и утром". Он этак пристально смотрит на
            меня: "Так любопытно же"! Убили или ЕЩЕ не убили?" Повернулся и пропал в
            в темноте. Такая была заботливая милиция".
            "... А вот еще случай. В том же селе в совхозе мне дров не давали. В храме
            пар изо рта идет, спать в сторожке своей в валенках ложился. Иду в исполком.
            Там начальники сидят, на меня уставились: чего это поп к нам пожаловал?
            Говорю им:
               "Я вам хочу историю рассказать про своего отца. Он тоже священником служил.
               И не было у него дров, замерзал. Так вот, сельсовет ему дрова бесплатно
               выписал. Ну, удивился отец, печки разжег. Как только дым из труб пошел,
               является председатель сельсовета. Все вьюшки... из труб вытащил и с собой унес.
               Отец — за ним, видит: у дверей сельсовета вьюшки лежат. Забирает их,
               обратно несет. И так каждый раз: стоит эти дареные дрова зажечь, как
               человек за вьюшками приходит... ".
            "Ха-ха-ха, — гогочут начальники. Позабавила их история. Потом говорят:
            "Ладно, дадим тебе дров". И снова смеются. А я им:
               "Вот вам церковный календарь. Бесплатно дарю".
            Они снова хохочут, смешно им, и денег с меня за дрова не берут.
            Эта история про вьюшки на самом деле была, когда отец мой в нашем селе
            Пустораменье служил... А конец у этой истории такой: того председателя
            сельсовета, что вьюшки отнимал, на войну мобилизовали. Он там к немцам перебежал,
            Родине изменил. За это его семью выселили из их добротного дома и сделали из
            него медпункт. Сам-то выселял других, это было дарово, а теперь семья его на
            улице... Вот тебе правда жизни... "
      Аресты
        Калининская (Тверская) о., с.Сутоки 
        Из рассказа о.Николая [1]:
            "...Однажды венчал я одного дипломата, большого человека — он даже в Потсдамской
            конференции участвовал. И кто-то донес на меня. Вызвали в КГБ. Там гебэшник
            долго допрашивает меня. Я его прерываю: "Вас как зовут?". — Он удивленно:
            "А вам зачем?" — "А я буду за Вас Богу молиться". Он смотрел, смотрел на меня
            и вдруг захохотал. Такой довольный стал. И не дал делу ход, отпустил домой.
            Да-а... Чего мне жаловаться? Все было Слава Богу"
      Служение
        Калининская (Тверская) о., с.Сутоки 
        священник 
        Калининская (Тверская) о., Торопецкий р., село в окрестности г.Торопца 
        священник 
        В Тверской (Калининской) епархии о.Николай служил при владыке Варсонофии.
        Власти все время чинили препятствия епископу и священникам епархии.
        Из 105 церквей епархии в это время закрыли 50 церквей.
        Из рассказа о.Николая [1]:
           "Мне тогда повезло, мою церковь не закрыли. Большой был храм, ремонта требовал.
            и владыка Варсонофий мне епархиальные взносы отменил, сам дал 10 тысяч на
            ремонт. Упокой его, Господи... Хороший был владыка... "
      Осуждения
        ././. 
        Обвинение "толкнул, оскорбил уборщицу храма" 
        Приговор дело прекратить за отсутствием состава преступления 
        Из воспоминаний о.Николая [1]:
           "Там же, в Калининской обл., служил я под Торопцом. И подучили уборщицу,
            которая в моем храме убирала, что я ее толкнул, оскорбил. Подали на меня
            в суд. Проходит две недели, вызывают в исполком. Там знакомый прокурор
            сидит:
             — Ну что, Николай Алексеевич, почто пришел?"
             — Виселицу готовь, сегодня меня вешать будут.
            Он смеется. Вызывает в кабинет уборщицу, та начинает такое нести, что
            волосы дыбом. "Чего же вы, — говорю, — мы к Вам так хорошо относились... "
            Увели ее, спрашиваю прокурора:
              — Чего ж теперь будет?
              — А ничего не будет, — прокурор веселый такой, — все оправдано, суд жалобу
             не принял.
              — И что мне делать теперь?
              — Поезжай в другую епархию.
           В общем, добились они своего — убрали с прихода...
           Приехал я в Москву. В Патриархии уже все знают, говорят: "Поезжайте в любую
           епархию, мы Вас поддержим".
           И решил я отправиться в Рязань. Прихожу на Казанский вокзал, уже ночь, и
           билетов нет. Смотрю: на Вологду места свободны. Кассирша: "Бери, бери билет,
           сейчас поезд уйдет!" Так я вернулся на родину"
      Служение
        Вологодская о., г.Грязовец, Крестовоздвиженская церковь 
        протоиерей 
        Год окончания 2003 
        Из воспоминаний о.Николая [1]:
           "В Вологодскую епархию я хорошо попал, нормально. Тогда владыка Мстислав был.
            Приезжаю, а меня уже повестка ждет от следователя КГБ. Иду туда. Следователь
            заводит в какую-то комнатенку, достает пистолет и мне в грудь упер:
               — Ты чего с ворами связался?
           Думаю, с какими же это ворами?. Он снова:
               — Ты чего с попами связался?
            Говорю ему:
               — "Убери пушку".
            Понимаю, что это он меня просто стращает. Я и не таких видал, уже пуганый.
            Он пистолет убрал и, как ни в чем не бывало, пропуск мне подписывает, чтобы
            я смог выйти из здания... "
        Из воспоминаний о.Николая:
           "А был еще начальник милиции. Такой молчаливый, слова не вытянешь. И чудил он.
           Просто так, непонятно зачем, к себе вызовет и указательным пальцем на пол
           покажет:
               "Ты ТУДА хочешь?"
           И все, ни слова больше. Рукой машет: иди, мол. Что у него там под полом было,
           не знаю.. Он всегда пальцем вниз показывал...
           Или еще случай. Казначейша моя домой деньги церковные носила, некогда было
           в сбербанк сдавать. И вот как-то я по делам в исполком зашел, а мимо этот
           начальник проходил. Остановился, стоит, чего-то вспоминает. Потом вспомнил,
           мне в глаза заглядывает:
               "Деньги в банк несите. А то... ВНИЗ".
           И дальше пошел...
           В Грязовце хоть и зажимали меня власти, но не до смерти, давали продохнуть.
           Бывало, семью совсем кормить нечем и деваться некуда. Отправляюсь в исполком.
           "Надо мне уходить из священства, — говорю, — так ведь Вы же меня председателем
           колхоза не поставите. А на меньшее я не согласный". Там смеются, нравится им
           шутка — и ослабляют гайки...
           Однажды вызывает меня к себе секретарь райисполкома Валентина Николаевна.
           А у меня такая ситуация: своим работницам я мог платить только гроши, поэтому
           приходилось им подрабатывать в других местах. Например, женщина, которая у нас
           топила, одновременно была дворником в двух магазинах. А работать в трех местах
           закон запрещал. И вот секретарша мне сразу... вопрос в лоб:
               — Кто у вас истопником работает?
           Растерялся я: разве можно человека выдавать? Но и врать тоже нельзя. И тогда
           выпаливаю:
              — Истопник у нас кое-кто.
              — Коектов? — пререспрашивает Валентина Николаевна. — Интересная фамилия.
                Ну ладно, идите.
           Добрая женщина оказалась...
           Помню, вожусь я у себя в огороде, прибегают: "Приехал уполномоченный! Вызывают
           Вас в два часа". — Ага, опять кто-то на меня накрапал. Но я уже знал всю эту систему.
           И пришел в горисполком не в два часа, а пораньше — минут за сорок. Сел на
           подоконник у входа, жду.
           Спустя время открывается дверь, выходит... не буду называть ее фамилию.
           Ну, все понятно! Женщина увидела меня,... и чуть ли не бегом к себе домой...
           Потом уполномоченный выходит:
              — Вы что здесь делаете?
              — Да просто сижу.
              — Вы служили неделю назад в Чернецком? — спрашивает.
           Чернецкое — это бывшее село Покровское, оно недалеко от Грязовца.
           Я туда действительно ездил служить, причем бесплатно.
           И вот, догадываюсь, составили кляузу, что я деньги государству не показал, налог не заплатил.
              — Да, в Чернецком я был, — говорю. — Но деньги там не брал. А эта женщина
                (называю фамилию) ничего видеть не могла, потому что ее там не было.
              — А Вы откуда знаете про нее?
              — Мне отсюда, с подоконника, хорошо все видно.
              — Я же Вам сказал к двум приходить! — рассердился уполномоченный.
           На этот раз пронесло. А не приди я на 40 минут раньше, снова бы пришлось
           покидать приход, ехать в другую епархию.
           Законами нас не могли запретить, а всякими кляузами, скандалами гоняли с места
           на место. Думали, надоест священнику такая жизнь, и он бросит служение.
           После этого случая меня, конечно, не оставили в покое.
           Долгое время был у нас в Вологодской области такой уполномоченный — Матасов.
           Он все мне приговаривал:
               "Надо посадить тебя. Обязательно посадить!"
           А я его хорошо знал, потому что ... в 1945г. он был председателем Харовского
           райисполкома, в котором я некоторое время работал... ревизором. И вот, когда
           Матасов совсем меня допек своими угрозами "посадить", говорю ему:
               — А я ведь знаю, Сергей Васильевич, как Вы колхозы грабили. Учтите, как
                 подам документы в органы, так вместе сидеть будем!
           Конечно, у меня никаких документов не было, да и не знал я, точно ли он воровал.
           Но продолжаю свое:
               — Вы меня не помните? Я колхозучетом занимался. Ну, вспомнили? Исполком взял
                 столько-то, секретарь райкома столько...
           Как он испугался! Глаза круглые сделались:
               — Ни-ни, не надо...
           А я еще так с ними боролся. Один раз звонит мне уполномоченный:
               — Я слышал, Вы причащаете младенцев в отсутствие матерей. Это беззаконие!
                 Запрещаю!
           Я ему в ответ:
               — Не смейте мне указывать. Напишите бумажку, что Вы запрещаете причащать
                 без матерей. И подпись поставьте.
           Он и отступился. Ох, не любили они подписи свои ставить — это надо ж брать
           на себя ответственность, это ж документ...
           При Брежневе стало полегче, а потом такое пошло — сами власти молебны стали
           заказывать! Но тоже радости мало.
           В семидесятых годах, помню, милиция зовет меня на кладбище панихиду править.
           У них конвойного милиционера заключенный убил. А я знаю, что там будет памятник
           со звездой. Говорю:
                "Мы звезде не кадим".
           Отказался. Родные мои всполошились:
                "Ох, посадят тебя, посадят! С милицией поссоримся!"
           А я им:
                 "Пускай. Я и раньше звезде не кадил, почему сейчас должен?"
        Из беседы М.Сизова с о.Николаем в 2003г. [1]:
           "Все-таки, батюшка, Вы так смешно рассказываете про те годы", — удивляюсь я. —
           А ведь Вас могли и в лагерь посадить и даже убить".
             — "А чего ж не могли? Очень даже могли, кивает старый священник.
           Того начальника, что пистолет на меня направлял, ну, про которого я рассказывал,
           его самого при Берии расстреляли... Он не думал об этом, и такой конец
           получил. А я думал, ждал. Родня мне говорила: "Давай деньги копи, дом
           построишь". А я отвечал: "Зачем копить? В любой день придут да увезут.
           Будет мне там дом... ".
           Однажды приснился мне интересный сон. Вот иду я по горе, а гора ледяная,
           но ковром покрытая. И враги из-под меня ковер-то тащат. Думаю: упаду ведь,
           костей не соберу, как вытащат. "Нет, не будет по-вашему!", — так плотно
           встал, ногами уперся. И не вытащили ковра...
           Внешне митрофорный протоиерей Николай не очень впечатляет: седенькая редкая
           бородка, тихий голос. Но глаза прямо горят... Рассказывает историю, и мы за
           столом смеемся... Вроде ничего юмористического в истории нет, но почему-то
           хочется радоваться вместе с этим старым священником... "
      Места проживания
        Вологда 
        Год начала 2003 
        В 2003г. о.Николай был уволен за штат. Переехал к родственникам в Вологду.
        Одна из трудящихся в храме женщин говорила, выражая мнение всех прихожан [1]:
            "...Ох, как нам теперь его не хватает! Он отцом был и дедушкой — всегда
            выслушает, успокоит, хороший совет даст...".
        После выхода за штат о.Николай продолжал по праздникам приезжать с матушкой
        Анной в Грязовец, служил в Крестовоздвиженском храме, где уже был настоятелем
        молодой священник, и журналисту М.Сизову, приехавшему в Грязовец на праздник
        Преображения, удалось побеседовать с батюшкой, записать его рассказы:
           "Провожая меня, о.Николай сказал:
               "Вы за меня молитесь, а я буду за Вас. Живу я хорошо, епархиальное
                начальство не обижает — разрешает служить. Обязательно напишите:
                вот старик уже, а все такой же бодрый и веселый".
             Батюшка смеется, и грустинки в его глазах тают. Таким он запомнился мне навсегда"
      Награды
        митра 
    Публикации
      Сизов М. "Я звезде никогда не кадил"// Христианская православная газета Севера России "Вера", 2003. N 451. 
      С.6–9. 

(c) ПСТГУ. Факультет ИПМ