Новомученики и Исповедники Русской Православной Церкви XX века
(с) ПСТГУ, ПСТБИ (с) Братство во Имя Всемилостивого Спаса
Home page
[back][up level][first][previous][next][last]
NIKA_ROOT INDEX ГодНачалаСлужения 1969 Дела oxd.49
    Шаховской (Шаховский) Константин Яковлевич 
    Год рождения 1905 
    День рождения 29 
    Месяц рождения 10 
    Место рождения Псковская губ., Холмский у. (ныне Новгородская о.), д.Боброво 
    протоиерей 
    Один из прототипов главного героя фильма В.Хотиненко "Поп".
    Происходил из известного княжеского рода.
    Родился в родовом имении Боброво Холмского уезда Псковской губ.
    Его бабушка Анастасия Васильевна Голенищева-Кутузова была родственницей
    светлейшего князя Михаила Кутузова — Смоленского, Модеста Мусоргского и
    Николая Рериха.
    Отец Константина, Яков Михайлович Шаховской, был директором Псковского
    Сельскохозяйственного училища
    Родство Фотографии[1] ПЕРИОДЫ ЖИЗНИ[до 1925г.] [1925-1932гг.] [1932-1955гг.] [1955-1956гг.] [1956-1969гг.] [1969-1972гг.]
      Места проживания
        Псков 
        Год окончания 1919 
        Во время Первой Мировой войны отец был руководителем Псковского Красного Креста
        В 1918г. отец был арестован органами ЧК, после взятия города белыми войсками
        он был освобожден.
        В 1919г. вместе с отступающими частями Белой Армии семья переехала в г.Печоры
        бывшей Псковской губернии, отошедшего вскоре к Эстонии
        Эстония (ныне Псковская о.), г.Печоры 
        Год начала 1919 
        Год окончания 1925 
        В 1925г. Константин окончил Печорскую Объединенную гимназию и поступил
        в Тартусский (Юрьевский) университет
      Образование
        Тартусский (Юрьевский) Государственный университет, сельскохозяйственный факультет 
        Год поступления 1925 
        Год окончания 1930 
        Учился в Тартусском (Юрьевском) государственном университете на
        сельскохозяйственном факультете (1925–1930гг.).
        Участник Эстонского отделения Русского Студенческого Христианского Движения,
        руководил местным его кружком
      Места проживания
        Эстония (ныне Псковская о.), г.Печоры 
        Год начала 1930 
        Год окончания 1932 
        В 1930-е годы работал в Печорской городской управе
      Образование
        Печорская Духовная Семинария при Свято-Успенском Псково-Печерском монастыре 
        Год поступления 1932 
        Год окончания 1936 
        Окончил Печорскую Духовную семинарию при Свято-Успенском монастыре
        Варшавский университет, богословский факультет 
        Год окончания 1939 
        магистр богословия 
        Учился в Варшавском университете на богословском факультете.
        В 1937г. женился на учительнице английского языка Елизавете Петровне Нестеровой,
        дочери русского географа Петра Владимировича Нестерова.
        В 1939г. окончил богословский факультет Варшавского университета со степенью
        магистра богословия
      Рукоположение
        диакон 
        1937 
        День 21 
        Месяц 9 
        Кто рукоположил архиепископ Печорский Николай (Лейсман) 
        В 1937г. в Праздник Рожества Пресвятой Богородицы был рукоположен во диакона
        иерей 
        1937 
        День 26 
        Месяц 9 
        Кто рукоположил архиепископ Николай (Лейсман) 
        Через пять дней был рукоположен во священника к Георгиевской церкви пог.Сенно
      Служение
        Эстония, Печорский у., пог.Сенно, церковь св.вмч.Георгия Победоносца 
        иерей 
        Год начала 1937 
        После рукоположения служил в церкви св.вмч.Георгия Победоносца в с.Сенно
        Эстония (ныне Псковская о.), г.Печоры, церковь Сорока Севастийских Мучеников 
        иерей 
        Должность настоятель 
        Год окончания 1941 
        Позднее о.Константин служил настоятелем в церкви Сорока Севастийских Мучеников в Печорах.
        В 1940 — 1941гг., когда Эстония стала частью СССР, многие члены семьи
        князей Шаховских были арестованы и репрессированы.
        Отец его Яков Михайлович был арестован и без предъявления обвинений сослан в
        Ургенч, где скончался в начале войны от голода и лишений.
        Муж сестры — член Русского общевоинского союза Владимир Заркевич — расстрелян,
        а сама сестра с годовалым ребенком сослана в начале 1941г. на поселение в
        тайгу, на север Томской области.
        Тесть о.Константина, учитель печорской гимназии Петр Владимирович Нестеров,
        был арестован НКВД и расстрелян без суда и следствия в тюрьме г.Тарту в
        начале войны
        Псков, Псковская Духовная Миссия, церковь прп.Варлаама Хутынского 
        иерей 
        Должность настоятель, учитель школы при Варлаамовской церкви 
        Год начала 1941 
        Месяц начала 8 
        Год окончания 1942 
        С началом войны Псков был оккупирован немцами.
        О.Константин был включен в состав Псковской Духовной Миссии, которая окормляла
        оккупированные районы.
        С августа 1941г. в числе первых миссионеров Псковской Православной Миссии
        он прибыл во Псков.
        О.Константин восстановил закрытую и обращенную в склад церковь прп.Варлаама Хутынского
        во Пскове, где служил настоятелем в 1941–1942гг.
        Организовал школу для детей при этой церкви, вел религиозно-просветительную
        работу среди молодежи, которая сплачивала молодежь, воспитывая ее в духе
        Православия.
        Из воспоминаний (на вечере памяти о.Константина в Пскове в 2009г.) одной из
        учениц этой школы Миры Федоровны Яковлевой, которая, будучи подростком,
        проживала в Пскове и училась в школе, которая была открыта при храме
        св.преп.Варлаама Хутынского:
             "Мы вспоминаем сегодня замечательного человека, миссионера, проповедника.
              Для нас подростков он был первым нашим духовным отцом...
              Осенью 1941г. город Псков стал глубоким немецким тылом. В городе местными
              властями были открыты несколько начальных школ для детей младшего
              возраста. Подростки с 14 лет были трудообязанными, они должны были
              становиться на учет биржи труда, а школьное обучение для этого возраста
              не предполагалось. Подростки среднего возраста (12–14 лет) остались ни
              при чем...
              Однажды моя бабушка вернулась из церкви и рассказала о том, что после
              богослужения настоятель храма обратился к прихожанам с приглашением
              приводить детей и внуков в школу, которая открывается при храме.
              Школа это хорошо, но почему в церкви, и чему там будут учить?
              Знакомые мальчишки отказались идти в школу, сказав, что у них есть дела
              поважнее. В назначенный день и час 16 девочек-подружек собрались у входа
              в храм, стояли, боясь переступить церковный порог, а другого отдельного
              входа в школу они не нашли. Вдруг на пороге появился молодой рослый
              человек с русыми волосами, широкой улыбкой и пригласил проходить в класс,
              который находился в левом приделе (до того там размещалась церковная
              сторожка) церкви св.преп.Варлаама Хутынского. Это был школьный учитель,
              его звали Василий Васильевич Миротворский. Он приехал для церковной
              работы в рядах Псковской Православной Миссии из города Печоры,
              с отцом Константином он был давно знаком по деятельности в Русском
              Студенческом Христианском Движении. И вот девочки, имеющие опыт
              советской школы, несколько пионерских песен и ни одной молитвы,
              не без робости вошли в учебный класс. Было сразу понятно, что к нашему
              приходу тщательно готовились, нас здесь ждали.
              Во время урока в класс вошел отец Константин. Он отличался от всех,
              кого до сего часа видели школьницы. Он был другим. Высокий, стройный,
              очень красивый, элегантный. Девочки вскочили с мест. Он поздоровался и,
              увидев их замешательство, связанное с тем, что они не знали, как
              ответить на приветствие священника, предложил им садиться на свои места.
              Запомнился голос отца Константина — негромкий, но проникающий в душу.
              В школе преподавали разные предметы, в том числе историю, русский
              язык, литературу, Закон Божий. Много нового узнали школьницы.
              Например, что наша история состоит не только из крестьянских восстаний,
              рабочих стачек и революций. Что было гораздо больше царей, чем тех,
              кого мы знали — Ивана Грозного и Петра Первого по кинофильмам, а
              Николая II — по карикатурам. Узнали о том, что Карамзин написал не
              только "Бедную Лизу", но и "Историю государства Российского".
              Начали читать классиков русской литературы, недоступных в советской
              школе.
              Но все же самым ценным было общение, беседы с отцом Константином.
              Он было широко образован, деликатный, хорошо знал детскую психологию.
              Темы разговоров с воспитанниками — любите своих ближних, будьте добры к
              людям, будьте милосердны к оступившимся. При этом он не говорил это
              прямолинейно, а это неприметно передавалось от его души к нашим душам.
              Влияние отца Константина неоценимо...
              Многие из воспитанниц церковной школы были крещены бабушками, но наше
              настоящее духовное крещение произошло здесь в сторожке при храме
              св.прп.Варлаама Хутынского. В этом огромная заслуга протоиерея
              Константина Шаховского".
        О.Константин вел большую работу по оказанию помощи больным, беженцам и
        военнопленным.
        Организовал многодневный Крестный ход в Печерский монастырь и обратно,
        убеждал немецкое командование разрешить местным жителям оказывать помощь
        многочисленным военнопленным, находившимся в ужасающих условиях в концлагерях
        на Псковщине.
        О.Константин отказался служить благодарственный молебен в день рождения Гитлера. Отец Константин был арестован 1944
        В 1990-е годы в местной Псковской газете была напечатана статья
        одной женщины, которая в годы войны была прихожанкой о.Константина и с теплотой
        и благодарностью вспоминала священников Миссии, и в частности о.Константина.
        Позднее о.Константин служил в пос.Струги Красные
        Псковская о., пос.Струги Красные 
        иерей 
        Год начала 1942 
        Год окончания 1943 
        Псковская о., г.Печоры, церковь Сорока Севастийских Мучеников 
        иерей 
        Год начала 1943 
        Год окончания 1944 
        Весной 1944г. во время бомбардировки Печор был полностью разрушен дом,
        где жил о.Константин с семьей, и они эвакуировались в Латвию
        Латвия, г.Рига, кафедральный собор во имя Рождества Христова 
        иерей 
        Год начала 1944 
        Год окончания 1945 
        Служил в Рижском кафедральном соборе.
        Когда в Ригу вошла Красная Армия, о.Константин остался на родине
      Места проживания
        Латвия, хутор 
        Год начала 1945 
        Год окончания 1945 
        В Латвии жил с семьей на хуторе.
        С приходом Советских войск работал у хозяина-хуторянина батраком, чтобы как-то
        прокормить семью. Жил в постоянном ожидании ареста
      Аресты
        Латвия, г.Рига 
        Год ареста 1945 
        Месяц ареста 3 
        Арестован весной 1945г. в Риге
      Осуждения
        Военный Трибунал войск НКВД Ленинградского Военного округа 
        28/07/1945 
        Обвинение "шпионская и активная антисоветская деятельность" 
        Статья ст.58–1а,58–10 УК РСФСР 
        Приговор 10 лет ИТЛ и 5 лет ссылки 
        Подвергался ночным двадцатичасовым "допросам с пристрастием".
        В период следствия, с 15 апреля по 23 мая 1945г. вынужден был находиться в тюремной
        больнице.
        По замыслу НКВД отец Константин должен был признать себя резидентом абвера и
        "выдать свою агентуру, не менее 20 человек". Следователь применил весь
        арсенал мер воздействия органов НКВД вплоть до угрозы расправиться с семьей.
        Полгода, находясь в Ленинградских "Крестах", о.Константин подвергался жестоким
        пыткам и моральному давлению. Следователь пытался добиться от обвиняемого
        признания в шпионской деятельности в пользу германской разведки и раскрытия
        его агентурной сети. В какой-то момент наступил предел человеческим силам и...
        отец Константин написал "список завербованных им агентов". В тот момент, как
        рассказывал сам священник, он молился Господу, чтобы не ошибиться: батюшка
        составил список тех из своих прихожан, кого он отпевал в период немецкой
        оккупации. Следователь после проверки списка вернулся разъяренным, но оставил
        попытки вскрыть "агентурную сеть".
        Из обвинения:
             "...Будучи сыном бывшего князя и являясь врагом Советской власти, из
             к/р побуждений добровольно остался проживать во временно оккупированном
             немецкими захватчиками г.Печоры.
             В октябре 1941г. и вторично в июне 1942г. был завербован в качестве секретного
             агента немецкой разведки для осуществления предательской и шпионской деятельности
             в пользу фашистской Германии... В течение 1941–1942гг. он неоднократно
             сообщал немецкой разведке о местах нахождения советских партизан и доносил
             о политических настроениях населения. По заданию немецких разведорганов
             вербовал антисоветски-настроенных лиц для предательской и шпионской
             деятельности.
             Будучи членом Православной Миссии, принимал участие в контрреволюционных сборищах,
             где проявлял особую активность в обсуждению вопросов борьбы с Советской
             властью.
             Кроме того, он призывал население к вооруженной борьбе с Красной Армией и
             проводил антисоветскую, профашистскую пропаганду".
        Никаких конкретных фактов, подтверждающих обвинение в шпионской и предательской
        деятельности, следствием представлено не было.
        В обвинении был сделан упор на принадлежность о.Константина к княжескому роду.
        О.Константин признал себя виновным только в части проведения им антисоветской агитации.
        Причастность же к шпионской и предательской деятельности он категорически
        отрицал, и его показания материалами следствия не опровергнуты.
        После полугода допросов отец Константин был осужден ВТ войск НКВД Ленинградского
        округа 28 июля 1945 г. по ст. 58–1 "а" УК РСФСР на 10 лет ИТЛ и 5 лет ссылки.
        Меру наказания о.Константин отбыл полностью
      Места заключения
        Латвийская ССР, г.Рига, тюрьма 
        Год начала 1945 
        Месяц начала 3 
        Год окончания 1945 
        Ленинград, внутренняя тюрьма НКВД "Кресты" 
        Год начала 1945 
        День начала 27 
        Месяц начала 3 
        Год окончания 1945 
        Переведен в тюрьму "Кресты", в Ленинград, где происходило следствие.
        После приговора был этапирован в Горьковские лагеря.
        Из-за множества заключенных НКВД придумал особый способ их транспортировки.
        Товарные вагоны сверху донизу заставлялись деревянными ящиками, в каждый из
        которых помещался заключенный, едва имевший возможность в этом ящике повернуться.
        Утром кормили селедкой, вечером давали напиться воды. Оправка раз в сутки.
        Когда через две недели поезд добирался до места назначения, из ящиков охрана
        вытаскивала опухших, неспособных двигаться людей и множество трупов
        Горьковская о., ИТЛ 
        Год начала 1945 
        Год окончания 1947 
        Сначала находился на лесоповале в Горьковской области.
        Годы, проведенные в горьковских лагерях, по рассказам о.Константина,
        были самыми тяжелыми. Работа на лесоповале, где малейшее непослушание
        наказывалось особой пыткой: стоять голым на пеньке под роем комаров, в самой
        зоне бесчинства — бесчинства уголовников.
        Как-то зимой колонну зеков, где был о.Константин, привели в тайгу и объявили:
        здесь будет лагерь. Заключенные оградили себя колючей проволокой,
        построили бараки для начальства, а потом для себя — и все это время спали под
        открытым небом, набросав на снег еловые ветки.
        В 1947г. о.Константин был переведен в лагеря Коми
        Коми АССР, г.Инта, ИТЛ 
        Год начала 1947 
        Коми АССР, г.Абезь, ИТЛ 
        Год окончания 1954 
        Намного легче стало, когда о.Константина этапировали в Абезь, под Воркуту.
        Там он встретился с товарищами по Миссии — священниками Николаем Трубецким и
        Иаковом Начисом, которые помогли ему устроиться в лагерную больницу санитаром,
        и это спасло ему жизнь.
        Они были неразлучными друзьями, делили между собой и радости, и горести, и
        кусок хлеба.
        Удавалось устраивать в лагере и тайные богослужения, по ночам в бараках
        или в тайге под открытым небом, и это всегда бывало духовной поддержкой и
        радостью для верующих. Незабываемой осталась пасхальная служба, которая
        служилась заключенным епископом и несколькими священниками на березовом пне.
        Все годы заключения из лагеря, а потом из ссылки, о.Константин присылал
        жене и детям письма и рисунки. Практически каждое письмо сопровождалось
        рисунком — маленьким подарком любимой дочери Елене. Рисунки были выполнены
        природными красками (кора деревьев, уголь, высушенные и истертые цветы и
        трава), тушью и химическим карандашом. Среди них есть северные пейзажи,
        изображения животных, цветы, иконка Пресвятой Богородицы, графические зарисовки
        стен Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря. Сила духа позволила
        о.Константину переплавить страдания в настоящие произведения искусства,
        наполненные любовью к природе и обращенные к детям.
        В конце 1940-х гг. о.Константин в ИТЛ работал чертежником.
        Из лагеря он был освобожден в 1954г.
        О.Константину было предложено самому выбрать место ссылки. Он выбрал село
        Бондарку Томской обл., где на поселении находилась его сестра Ксения
        Томская о., с.Бондарка 
        Год начала 1954 
        Год окончания 1955 
        Впоследствии сестра его Ксения Яковлевна рассказывала, что ей не скоро удалось
        отучить брата сидеть на диване, скрестив по-зековски ноги, и прятать после
        обеда ложку в валенок.
        Через пару месяцев в доме Ксении Яковлевны появились работники КГБ и предложили
        о.Константину поехать с ними. Путешествие закончилось в Пскове, где в местном
        КГБ ему предложили настоятельство в Псковском Кафедральном Свято-Троицком
        соборе при условии подписки о сотрудничестве. От Пскова до Эстонии рукой
        подать, а там семья, с которой он не виделся десять лет. О.Константин,
        как опытный зек, решил воспользоваться случаем повидаться с семьей и ответил,
        что столь важный вопрос он должен обсудить с женой и просил разрешения на три
        дня съездить к семье. В тот приезд он в частности увиделся со своей 12-летней
        дочерью Татьяной, которую последний раз видел перед арестом в двухлет-
        нем возрасте. Вернувшись после свидания с родными, отец Константин
        явился в Псковский КГБ и категорически отказался от сотрудничества, несмотря на
        уговоры церковного начальства и угрозы КГБ сгноить его в ссылке и никогда не
        разрешить ему священническое служение. На вокзале его ждали два человека в
        штатском. Так о.Константин вернулся в сибирскую ссылку
      Служение
        Томская о., пос.Тогур 
        иерей 
        Год начала 1955 
        С 1955г. — священник в церкви пос.Тогур Томской обл.
        Томская о., пос.Колпашево, Петропавловская церковь 
        иерей 
        Год начала 1955 
        Год окончания 1956 
      Рукоположение
        протоиерей 
        1956 
      Служение
        Томск, Троицкая (бывшая единоверческая) церковь 
        протоиерей 
        Год начала 1956 
        Год окончания 1965 
        Позже служил в Томске.
        Когда о.Константин получил возможность перебраться в Томск и служить там в
        храме, к нему переехала жена с младшей дочкой Татьяной.
        По данным [2,С.442] служил в Троицкой церкви г.Томска в 1956–1965гг.,
        по данным [2,С.323] — в 1955–1965гг.
        В Томске продолжал свое служение, окруженный любовью и благоговейным отношением
        верующих.
        Это не нравилось власть имущим, о.Константин был одним из главных объектов
        для пропагандистских нападок в антирелигиозной кампании Хрущева 1950–1960-х гг.
        Он подвергался постоянной травле со стороны властей.
        Уполномоченный по делам религии так характеризует протоиерея Константина в отчете
        Томскому обкому партии:
           "Всесторонне развитый человек... С богословским образованием... способный придать
            красноречивость своим проповедям... Привлекает много верующих и неверующих
            на свои службы... В прошлом занимался активной антисоветской деятельностью...
            В целях подорвать умиление верующих проповедниками и их беспорочностью".
        Из воспоминаний дочери Татьяны:
           "Отец был для меня высшим авторитетом, хотя напрямую никогда не воспитывал.
            Он любил историю, литературу. Знал много стихов наизусть. Был хорошим
            рассказчиком и по вечерам рассказывал дочери рыцарские романы. Это,
            несомненно, повлияло на круг моего чтения и привило любовь к книгам.
            Самое главное — атмосфера в семье Шаховских и то, как родители относились
            к тому или иному событию. Дома все открыто обсуждалось и ничего не скрывалось,
            даже неприятности".
        Во времена хрущевских гонений на Церковь, появились священники-отреченцы, о
        которых широко рассказывалось в газетах. Священника Константина Шаховского
        вызвали в КГБ и предложили "снять" священный сан. Естественно, согласия
        не получили, но предупредили, что это решение отразится на семье и прежде всего,
        на судьбе дочери Татьяны. Дома отец Константин все рассказал.
        Вопрос "или-или" не рассматривался и не обсуждался, хотя понимали —
        будут неприятности.
        Действительно в местных газетах появился ряд клеветнических статей в адрес
        томского духовенства и лично в отношении о.Константина.
        Татьяну начали усиленно перевоспитывать в школе. Жена о.Константина приходила
        на прием к директору и откровенно задала вопрос — дадут ли дочери закончить
        школу, или лучше уехать. Несмотря на напряженную обстановку, Татьяна
        чувствовала себя героем, ведь она участвовала в противостоянии отца.
        После окончания школы Татьяна Шаховская, как дочь священнослужителя не смогла
        поступить в Томский университет, пришлось уехать в Эстонию.
        Из воспоминаний Владимира Андреевича Попова (в будущем митрофорного протоиерея,
        настоятеля Никольского храма в Любятове (Псков)):
           "С отцом Константином Шаховским я познакомился в 1961 году в городе Томске,
            где он жил после освобождения из спецпоселения.
            3 декабря 1960г. в областной газете "Красное Знамя" (Томск) появилась
            большая статья "Настоящее лицо о.Константина":
                "В среде томского духовенства имеются... прямые враги Советской власти,
                 например, протоиерей Константин Яковлевич Шаховской... Бежав в детстве от
                 народного гнева в буржуазную Эстонию, он долго лелеял ненависть к
                 советскому народу. После нападения Германии на Советский Союз он вступил
                 в антисоветскую Православную Миссию и, пользуясь саном священника,
                 занимался сбором данных о советских партизанах для гестапо. Палач с руками
                 по локоть в крови, он получил заслуженное наказание — десять лет
                 исправительных лагерей, но и по сей день льет в своих проповедях
                 антисоветский яд...
                 ...На фактах его прошлой злобной антисоветской деятельности, как
                 выходца из княжеского рода и главным образом, его предательской
                 деятельности в период Отечественной войны, был показан верующим таким
                 лицом, в котором сосредоточены самые большие пороки человека —
                 предательство...".
            Хотя мне был тогда 21 год, я по опыту знал цену газетных "фактов" и
            захотел немедленно познакомиться с этим, как я решил, наверняка порядочным
            человеком. Советская действительность вызывала во мне отвращение.
            В огромном городе у меня было два единомышленника. Втроем мы издавали
            рукописный журнал, где помещали свои стихи и философские опусы. Владимир
            Соловьев, символисты, Николай Бердяев...
            Я пришел в старый двухэтажный дом в ограде Свято-Троицкой церкви, нашел
            квартиру отца Константина и, представившись, выпалил, что я (имярек) —
            такой же антисоветчик, как и он. Самое удивительное, что, несмотря на
            такое вступление, наше знакомство состоялось. Отец Константин был опытным
            зеком и с порога гнал многочисленных подсадных уток, досаждавших ему,
            а тут, несмотря на явную провокационность визитера, не только побеседовал
            со мной, но и предложил приходить еще.
            Стоит ли говорить, что меня очаровал мой новый знакомый.
            Это был высокий, необыкновенно стройный, уже седой мужчина с лицом,
            не слепленным кое-как, как все и повсюду, а выточенным тысячелетней волею
            породы. Рассказывая друзьям о моем визите, я восторженно перевирал, но не
            по существу, Пушкина: "Да Шуйские бояре, Шаховские, старинные природные
            князья, старинные, и Рюриковой крови!"
            Отец Константин оказался многосторонне сведущим человеком, и когда мы
            собирались втроем в его квартире, нескончаемые разговоры о литературе,
            лагерях, судьбе России затягивались далеко за полночь, пока, наконец,
            матушка Елизавета Петровна не выгоняла поздних гостей в третьем или
            четвертом часу ночи.
            Я стал все чаще бывать в его доме — и мало-помалу предо мной раскрывался
            образ редкостного по душевной красоте и благородству, в совершенном смысле
            этого слова, человека...".
        В 1965г. по категорическому требованию властей архиепископ Новосибирский
        Павел перевел о.Константина в восточносибирский город Канск
        Красноярский край, г.Канск 
        протоиерей 
        Год начала 1965 
        Год окончания 1966 
        В 1966г. о.Константин по состоянию здоровья вышел за штат
      Места проживания
        Эстонская ССР, г.Пярну 
        Год начала 1966 
        Год окончания 1969 
        О.Константин переехал в Эстонию в город Пярну, где работала врачом его старшая
        дочь Елена (род. в 1940г.).
        Однако и здесь он находился под надзором властей, которые не давали
        о.Константину регистрации.
        Лишь через несколько лет правящему митрополиту (будущему Патриарху)
        Алексию (Ридигеру) удалось назначить его на приход в деревне Яама недалеко
        от Пюхтицкого монастыря
      Служение
        Эстонская ССР, Нарвский р., с.Ямы (Яама), Никольская церковь 
        протоиерей 
        Должность настоятель 
        Год начала 1969 
        Год окончания 1972 
        В 1969–1972гг. служил настоятелем церкви с.Ямы под Нарвой в Эстонии.
        Лишенный возможности из-за болезни совершать регулярные богослужения, он
        скорбел от невозможности в полной мере приложить свои дарования к церковному
        делу.
        Изредка его навещали друзья — отцы Николай Трубецкой, Иаков и Кирилл Начисы.
        Большое утешение он имел в дружбе с подвижником благочестия, исповедником
        о.Вячеславом — нынешним архиепископом Таллинским и всей Эстонии Корнилием
    Кончина
      1972 
      День 4 
      Месяц 6 
      Место Эстония, г.Пярну 
      Место захоронения Эстония, г.Пярну, Старое кладбище 
      В Неделю всех святых о.Константин скоропостижно скончался.
      Он похоронен на Старом кладбище города Пярну
    Реабилитация
      Дата 07/12/2001 
      По году репрессий 1945 
      Был реабилитирован почти через 30 лет после своей кончины.
      По свидетельству родственников, будучи в высшей степени порядочным и благородным
      человеком, о своей реабилитации о.Константин не хлопотал, ибо не чувствовал
      за собой никакой вины перед Родиной и русским народом
    Публикации
      1 Голиков А., свящ., Фомин С. Кровью убеленные. Мученики и исповедники Северо-Запада России и Прибалтики (1940–1955). Мартиролог православных священнослужителей Латвии, репрессированных в 1940–1952гг. М., 1999. 
      С.140–142,218. 
      2 Фаст М.В., Фаст Н.П. Нарымская Голгофа: Материалы к истории церковных репрессий в Томской области в советский период. Томск; М.: Водолей Publishers, 2004. 
      С.323,442. 
      3 Псковский синодик пострадавших за веру Христову в годину гонений священнослужителей, монашествующих и мирян Псковской епархии ХХ столетия. Москва — Псков: "Духовное преображение", 2005. 
      С.427–433. 
      4 http://ru.wikipedia.org/wiki/(сайт: Википедия свободная энциклопедия. Протоиерей Константин Шаховской). 
      5 http://www.srcc.msu.su/bib_roc/jmp/01/09–01/13.htm (сайт Журнала Московской Патриархии. 09–2001. Церковная жизнь). 
      6 http://tapirr.livejournal.com/tag/saints (сайт Живого Журнала "Тапир". Здоровье и земледелие. Устоявший в эпоху гонений. Судьба участника Псковской миссии). 

(c) ПСТГУ. Факультет ИПМ